Книги про графа дракулу список лучших

Книги про графа Дракулу список лучших

Интересная особенность Дракулы как персонажа состоит в том, что отнюдь не всех его киноинкарнаций звали Дракулой. Так, немецкие создатели первой знаменитой экранизации романа Брэма Стокера не смогли приобрести права на книгу, и потому кошмарно-уродливого героя немого фильма Фридриха Мурнау звали граф Орлок. Хотя это определенно был стокеровский Дракула. Разве что отражающийся в зеркале и умирающий от солнечного света. Последняя особенность в дальнейшем стала типичной для изображений Дракулы, хотя в книге Стокера злодей спокойно прогуливался средь бела дня. Об исполнителе главной роли Максе Шреке позднее ходил слух, что он был настолько уродлив, что почти не нуждался в гриме для изображения Орлока. Однако это было не так. По «обычным» фотографиям Шрека видно, что для съемок он был сильно загримирован.

Книги про графа Дракулу список лучших

В отличие от немцев, продюсер первого американского «Дракулы» Карл Леммль честно купил права на роман Стокера и сохранил в фильме исходные имена персонажей.

Правда, в основу картины была положена не книга, а ее бродвейская театральная версия, поскольку скромный бюджет постановки и слабость тогдашних экранных спецэффектов не позволяли воссоздать «Дракулу» Стокера во всем его размахе и блеске.

Очевидную театральность картины позднее не раз отмечали критики, сравнивавшие «Дракулу» режиссера Тода Браунинга с последующими интерпретациями романа. Однако заглавному герою театральный опыт актера Белы Лугоши (он ранее играл Дракулу на сцене) только пошел на пользу.

Любовь Лугоши к долгим театральным паузам придала его персонажу ауру размеренной мощи. Дракула Лугоши – страшный, но аристократично-стильный – казался монстром, который не спешит, потому что от него невозможно скрыться.

Книги про графа Дракулу список лучших

Хотя Стокер был британским (точнее, ирландским) классиком, английские кинематографисты лишь после Второй мировой войны смогли создать свой ответ немецким и американским фильмам о Дракуле.

Но зато что это была за картина! Цветная, динамичная, сексапильная – не чета театрализованной черно-белой ленте Браунинга, уже звуковой, но еще не избавившейся от художественного наследия немого кино.

Британский «Дракула» студии Hammer был эстетически современным – понятно, для своего времени, – и заглавную роль в нем играл безукоризненный джентльмен Кристофер Ли, который, шокируя зрителей, мог в мгновение ока почти без помощи грима и эффектов превратиться в разъяренно шипящего кровожадного монстра. Ли (ныне известный по роли Сарумана во «Властелине Колец») был столь безупречен в образе Дракулы, что в дальнейшем он играл его еще 9 раз – чаще, чем любой другой актер в истории кино.

Книги про графа Дракулу список лучших

У американской борьбы за равноправие негров были весьма необычные проявления. В 1972 году, например, темнокожий режиссер Уильям Крейн поставил «Блакулу» – хоррор, в котором Дракула превращал в вампира африканского принца и заточал его в гроб, и принц два столетия спустя вырывался на свободу в Америке 1970-х.

Формально говоря, у Дракулы в этом фильме была лишь небольшая роль. Но поскольку история Блакулы была вольной вариацией на тему романа Стокера, то можно сказать, что «Блакула» – это экранизация «Дракулы» с чернокожим актером Уильямом Маршаллом, который благодаря высокому росту, яркой внешности и властному голосу был схож с Кристофером Ли.

При выходе «Блакула» был низко оценен большинством критиков, но с годами он стал культовым хитом.

Книги про графа Дракулу список лучших

Молодой и сравнительно красивый Дракула? В наши дни это общее место, а вот в 1974 году это была необычная (хотя и не совершенно оригинальная) и провокационная интерпретация.

И даже не столько потому, что Дракулу в этом совместном американо-итало-французском фильме играл 30-летний немец Удо Кир, сколько потому, что сюжет картины вращался вокруг потребности злодея пить кровь девственниц.

Что означало, например, что главный положительный герой ленты мог спасти красавицу от вампира, попросту изнасиловав ее.

Да, это была весьма радикальная и шокирующая постановка, изначально выпущенная с «порнографическим» рейтингом X… Тем не менее одним из создателей «Крови» был Витторио де Сика, великий итальянский режиссер, основатель неореализма и лауреат четырех «Оскаров». Фильм также известен как «Дракула Энди Уорхола», поскольку знаменитый художник был ее ведущим продюсером.

Книги про графа Дракулу список лучших

Если бы вы были голливудским продюсером, какой фильм вы бы поручили начинающему режиссеру, который только что прославился с музыкальной драмой о диско «Лихорадка субботнего вечера»? Вряд ли высокобюджетную экранизацию «Дракулы».

Однако именно такой фильм снял Джон Бэдэм после «Лихорадки», вдохновившись новой сценической постановкой той самой бродвейской пьесы «Дракула», на основе которой был снят классический фильм 1931 года.

В результате в версии Бэдэма Фрэнк Лангелла в роли Дракулы получился столь привлекательным, романтичным и чувственным, что он почти полностью утратил свою монструозность, и это сделало несколько необоснованной кровавую охоту на вампира. Поэтому ныне «Дракула» 1979 года считается неудачным. Но, пожалуй, и такой Дракула имеет право на существование.

Книги про графа Дракулу список лучших

В то время как американцы в 1979 году превратили Дракулу почти что в героя романтического чтива, немцы в том же году вернулись к истокам жанра.

Вернер Херцог всегда считал «Носферату» 1922 года лучшей картиной германского кино, и он воздал ей должное, сняв ее цветной и звуковой ремейк.

Его «Носферату» сохранил кошмарный облик главного злодея, но вернул ему имя «граф Дракула» и подчеркнул, что граф не наслаждается, а мучается своим бессмертием и неутолимой жаждой крови.

Дракулу в фильме сыграл Клаус Кински, любимый актер Херцога, внешне очень похожий на Макса Шрека. В отличие от многих современных ей вариаций на тему «Дракулы», «Носферату» абсолютно серьезен и трагичен. Отметим, что Джонатана Харкера в картине сыграл швейцарец Бруно Ганц, ныне хорошо всем известный по роли Гитлера в «Бункере».

Книги про графа Дракулу список лучших

Из всех постановок по мотивам книги Стокера «Дракула» Фрэнсиса Форда Коппола получился самым стильным и внешне эффектным. Это было заслугой как самого режиссера, который требовал от своих подчиненных вдохновляться их кошмарами, так и его талантливой команды.

В частности, японской дизайнерши и художницы по костюмам Эйко Исиоки, чьи причудливые наряды принесли фильму «Оскар».

В отличие от большинства своих предшественников, Коппола изобразил не только Дракулу-вампира, но и Дракулу-человека, описав в прологе ленты превращение валашского правителя в бессмертного кровососа.

Заглавного злодея сыграл Гэри Олдман, и критики наперебой хвалили его игру, столь же наперебой ругая совершенно неубедительного Киану Ривза в роли Джонатана Харкера. Коппола позднее признал, что отдал роль Ривзу лишь потому, что ему нужен был привлекательный и известный актер, нравящийся девушкам. Актерский талант исполнителя в расчет не принимался.

Книги про графа Дракулу список лучших

Из всех сатирических интерпретаций «Дракулы» последний фильм Мела Брукс наиболее известен в мире и в России. Он, правда, не самый смешной и энергичный из фильмов своего жанра.

Чувствуется, что и Мел Брукс ко времени его создания уже выдохся как мастер пародийных комедий, и исполнитель заглавной роли Лесли Нильсен утратил свою комическую свежесть времен «Аэроплана» и «Голого пистолета».

Зато, в отличие от предшественниц, лента Брукса пародирует не только классические фильмы о Дракуле, но и картину Копполы, которая тогда была у всех на устах. Плюс в ней все же есть несколько изобретательных и очень смешных сцен, не сводящихся к примитивным гэгам для «наименьшего общего знаменателя».

Книги про графа Дракулу список лучших

До того как записаться в спартанские цари в «300 спартанцах» и в Призраки Оперы в одноименной постановке, шотландец Джерард Батлер изобразил молодого и красивого Дракулу в фильме канадца Патрика Люссье, где роман Стокера был переосмыслен как современный и модный молодежный ужастик.

Батлер тогда еще не был мускулистым качком (до «Дракулы 2000» он играл Рентона в театральной постановке «На игле»), но Дракула считается его самой сексапильной ролью.

Кстати, в фильме бессмертный вампир – не проклятый правитель Валахии, а Иуда Искариот, бродящий по миру со времен предательства Христа. Именно так в картине объясняется страх Дракулы перед христианскими символами и серебром (30 сребреников!).

Также примечательно, что формально лента является сиквелом романа Стокера, и один из ее героев – все еще живой ван Хельсинг, не сумевший убить Дракулу в конце XIX века.

Самая постмодернистская вариация на тему «Дракулы», картина Элиаса Мериджа изобразила съемки «Носферату» 1922 года. В чем постмодернизм? В том, что Макс Шрек в фильме оказывается не малоизвестным актером с пугающей внешностью, а настоящим вампиром, которого Мурнау якобы пригласил на роль графа Орлока, чтобы снять самый реалистичный хоррор в истории кино.

Правда, сделать это, не потеряв ни одного члена съемочной группы, оказывается очень трудно… Постановщика и вампира в фильме сыграли соответственно Джон Малкович и Уиллем Дефо. Последний был номинирован на «Оскар» как лучший актер второго плана. Любопытно, что, несмотря на ироничный сюжет, «Тень» получилась вполне серьезной и пугающей.

Хотя и не настолько кровавой, как обычные современные хорроры.

Студия Universal, создавшая «Дракулу» 1931 года и еще несколько знаменитых довоенных хорроров, не раз пыталась объединить всех своих легендарных персонажей в одном проекте.

Самую амбициозную попытку такого рода Universal предприняла в 2004 году, когда в одном блокбастере засветились Дракула, Человек-волк, монстр Франкенштейна и доктор Джекил и мистер Хайд.

Первые два персонажа – соответственно в исполнении Ричарда Роксбурга и Хью Джекмена – были выведены как основные герои и смертельные враги. Поэтому мифология Дракулы была переосмыслена так, чтобы его мог убить только волк-оборотень.

Также злодей в фильме получил умение превращаться в огромную летучую мышь, способную на равных сражаться с огромным вервольфом. Стоит отметить и то, что мало кто из исполнителей роли Дракулы так часто улыбался, как Роксбург в «Ван Хельсинге».

Как правило, Дракуле в кино противостоят сравнительно слабые физически персонажи, и потому фильмы о нем редко заканчиваются продолжительным поединком почти равных по силе героев.

Блейд, однако, не простой охотник на вампиров, а могучий полувампир, и для финала второго сиквела его приключений сценаристы приберегли длинную фехтовальную дуэль между заглавным героем и прародителем вампиров Дрейком (он же Дракула). Последний был изображен как мускулистый громила без тени аристократизма. Его сыграл Доминик Перселл.

Начав сражение в человеческом облике, Дрейк в конце поединка превращается в здоровенное рогатое существо навроде традиционного изображения черта. Это также для Дракулы необычно. Как правило, вампиры превращаются в летучих мышей или иногда меняют свой человеческий облик.

В отличие от своих обычных экранных похождений, знаменитые монстры в анимационной комедии студии Sony Pictures Animation даже не пытаются причинить людям вред. Напротив, они сторонятся человечества и прячутся от него в отеле «Трансильвания», построенном графом Дракулой.

Это единственное место на земле, где чудовища вроде Мумии или монстра Франкенштейна могут быть самими собой, не опасаясь крестьян с вилами и факелами.

До тех пор, пока в отель случайно не забредает молодой турист-человек… В фильме нашего бывшего соотечественника Геннадия Тартаковского Дракула изображен как вполне традиционный вампир-аристократ с восточноевропейским акцентом. Однако он не злодей-кровосос, а добродушный отельер и заботливый отец девушки-вампирши.

Прошлогодний высокобюджетный сериал подарил нам, кажется, самого странного Дракулу из всех, что нам доводилось видеть. Только подумайте – Дракула, который в XIX веке «продвигает» беспроводные электрические технологии и выдает себя за американского бизнесмена! Это, правда, для него лишь «крыша» – его истинные цели несколько более традиционны для древнего вампира.

Но все же Дракула-бизнесмен, да еще и инноватор с лампочкой без проводов – это весьма оригинально. И, кстати, сыграл вампира в сериале Джонатан Рис Майерс, который вполне может бороться за звание самого привлекательного и соблазнительного Дракулы в истории. Тем не менее в целом шоу было не особенно удачным, и его рейтинги были слишком низкими для канала NBC.

Поэтому сериал закрыли после завершения первого сезона.

Источник: https://www.film.ru/articles/drakula-mnogolikiy?page=show

10 фактов, которые вы вряд ли знали о книге "Дракула" Брэма Стокера

Несварение желудка, скандал с плагиатом, рыбацкие байки и прочие интриги поклонников, переводчиков и наследников

Кадр из фильма «Дракула» (1992)

Роман «Дракула» ирландского писателя Брэма Стокера был опубликован в 1897 году. С тех пор он не просто стал культовым, но и породил моду на вампиров, которая меняет объект почитания (от опасных кровососов до слащавых любовников), но держится вот уже больше века.

Книга за 120 лет своего существования пережила немало приключений.А я собрала для вас самые интересные факты о ней.

1. Стокер придумал знаменитого вампира на фоне обжорства

По словам сына Стокера Ирвинга, идея книги пришла писателю в голову после того, как он увидел странный сон. В этом сне был «король вампиров», который вставал из могилы.

В Интернете часто пишут, что виной такому бредовому сновидению стали несвежие морепродукты, но это не так.

Оригинальные слова Ирвинга Стокера таковы: «Он признался, что съел на ночь слишком много крабового мяса под майонезным соусом».

Личные заметки Стокера рассказывают о еще одном сне, явно послужившем источником вдохновения для «Дракулы»: «Молодой человек заходит в комнату — видит девушек. Одна из них пытается поцеловать его, но не в губы, а в шею. Вмешивается Старый Граф — он в адском гневе. «Этот человек принадлежит мне. Я хочу его».

Узнаете? Это же история Джонатана Харкера! Именно это и случилось с ним, когда он был в замке Дракулы.

Кадр из фильма «Дракула» (2014)

2. Многие детали для книги Стокер собрал в рыбацкой деревушке Уитби

Летом 1890 года будущий автор «Дракулы» впервые за долгое время отправился в отпуск. 42-летний Стокер тогда работал управляющим директором Лондонского театра «Лицеум» и только что откатал изнурительные гастроли по стране вместе со своим знаменитым (в том числе своей склочностью) работодателем, актером по имени Генри Ирвинг.

Выпросив себе отпуск, Стокер целых три недели провел вдали от столицы и работы — в модной в то время курортной зоне, в Уитби. Именно там он (не)удачно наелся крабов. Именно там нарыл в библиотеке звучное имя своего героя.

И там же наслушался от рыбаков старинных легенд и насмотрелся на кладбище, которое потом вписал в свою книгу (помните, как Мина ходила сидеть на одну и ту же скамейку?)

Дневник Стокера раскрывает массу деталей его творческого процесса. Становится ясно, откуда писатель взял все свои идеи. Например, 11 августа Стокер поболтал с лодочником по имени Уильям Петерик. Тот рассказал ему «о разных кораблекрушениях».

В частности, о том, что 24 октября 1885 года русская шхуна под названием «Дмитрий» попала в страшный шторм неподалеку от Уитби и с трудом добралась до гавани.

Экипаж выжил, и ничего особо странного тогда не произошло, но этот рассказ подсказал Стокеру способ прибытия его вампира в Англию. Кто читал книгу, сразу его узнает.

Или вот еще сведения из дневника. 19 августа Стокер отправился в местную библиотеку. Взял несколько книг, в том числе пролистал «Словарь слов, используемых в окрестностях Уитби» Ф.К. Робинсона. Выписал оттуда в дневник 168 слов йоркширского диалекта.

Одно из них – «barguest», с пояснениями: «пугающий призрак; огромная черная собака с горящими глазами размером с блюдца, относится к фольклору Йоркшира, появление предвещает смерть».

Читайте также:  Книги про загадки для детей список лучших

Помните, что Дракула в первое время шастал по Англии, обернувшись именно такой собакой?

Актер Генри Ирвинг

3. Прототипом манер Дракулы стал актер Генри Ирвинг

Да, тот самый вредный работодатель, из -за которого Стокер сбежал в отпуск в Уитби. Многие ученые отмечают сходство в поведении и внешнем образе.

Например, в книге Барбары Белфорд «Биография автора «Дракулы» написано: «Оба представляли собой аристократические, яркие и завораживающие фигуры, высокого роста, с горящими глазами и длинными холеными руками, оба были эгоистичны и в то же время привлекательны, сексуально неоднозначны и могли высосать жизнь из окружающих, предварительно очаровав их до полусмерти».

Персонаж Стокера оказался настолько похожим на Ирвинга, что автор одно время надеялся, что знаменитый актер сыграет его сцене. Однако этого не случилось. Возможно, Ирвинг что-то заметил и обиделся.

Хотя, судя по тому, что Стокер работал на него до самой смерти и называл его позднее своим другом, тут было что-то другое. Впрочем, о книге актер отзывался однозначно: «Ужасно!» Понимайте, как хотите.

4. Стокер никогда не был в Трансильвании

Он просто прочитал много книг, хорошо подготовился и понадеялся на то, что английские читатели и сами мало что понимают в тамошней географии и деталях быта. Кое-что он стащил из чужих книг о путешествиях в Румынию (расписание поездов, названия отелей и местных блюд). Остальное досочинял сам.

Кадр из фильма «Ван Хельсинг» (2004)

5. Роман не принес автору денег при жизни

В момент публикации «Дракуле» пришлось конкурировать с еще одним романом ужасов — книгой «Жук» Ричарда Марша, и он ей проиграл. «Жук» — это тоже готическая страшилка, действие которой происходит в основном в Лондоне.

В романе фантастическое существо со сверхъестественными способностями выслеживало британского политика, чтобы отомстить за осквернение священной египетской гробницы.

Модные тогда темы гипноза и животного магнетизма, а также страх колониальных завоевателей перед угнетенными народами оказались популярнее незнакомого прежде образа вампира. Интересно, что сейчас о «Жуке» мало кто помнит, а на русский книга вообще не переводилась.

За год до своей смерти Стокер был в настолько бедственном материальном положении, что просил Королевский литературный фонд выделить ему грант на проживание. Книга начала приносить деньги его наследникам только после появления в 1831 году первой экранизации.

6. Поэтому его вдова много судилась по поводу плагиата

Флоренс Стокер не раз сцеплялась с театралами, которые пытались нелегально (читайте — без положенных наследнице авторских отчислений) перенести эту историю на сцену. Но наиболее известен её иск против создателей фильма «Носферату, симфония ужаса».

В 1921 году немецкий кинопродюсер Альбен Грау, насмотревшись на ужасы Первой мировой войны, решил снять фильм о вампирах.

Он нашел режиссера и сценариста, а чтобы не заморачиваться с авторскими правами, принял решение перенести действие из Лондона в вымышленный немецкий город и переименовать главных героев.

Граф Дракула превратился в графа Орлока, но образы персонажей и сюжетные повороты истории остались прежними. Молодой юрист всё так же приезжал в замок к богатому землевладельцу, который оказывался вампиром и начинал охотиться на его жену.

Кадр из фильма «Носферату, симфония ужаса» (1922)

63-летняя Флоренс жила в другой стране и могла бы никогда не узнать о плагиате, если бы не тяга европейцев к стукачеству. Неизвестный доброжелатель прислал ей по почте билет на состоявшийся в Берлине премьерный показ «Носферату». Текст на билете пояснял, что это «вольная интерпретация «Дракулы» Брэма Стокера». Вдова обозлилась и наняла адвокатов.

Дело она, конечно, выиграла, но кинокомпания к тому времени разорилась, и Флоренс Стокер не получила ни копейки. Тогда она обозлилась еще больше и стала мстить.

По решению суда копии фильма начали принудительно изымать по всей Германии и уничтожать. Чудом сохранилась только одна копия, которую отправили в Америку.

Там у фильма нашлись поклонники, и «Носферату» благодаря им обрел популярность и дожил до наших дней.

7. Книгу весьма специфично переводили на иностранные языки

В 2014 году известный исследователь творчества Брэма Стокера Ханс Корнель де Рос обнаружил давно забытый всеми перевод «Дракулы» на исландский язык. Книга была опубликована в местной газете по частям в 1900 году. Переводчиком числился журналист и писатель Валдимар Асмундссон.

Ханс Корнель де Рос попробовал перевести этот текст обратно на английский и получил… совершенно иное произведение. Роман был сильно сокращен, более насыщен действием и приправлен солидной долей эротики.

Граф в исландской версии носит длинный плащ с кроваво-красным подбоем (в книге Стокера этого не было, и такое одеяние впервые появилось только в фильмах) и закатывает шикарные балы.

Кроме того, Граф едко шутит в разговорах со своим наивным гостем Джонатаном Харкером, а сам молодой юрист устраивает несколько интимных встреч с местными вампиршами. Удивительно современная версия, вам не кажется? И такая далекая от занудства оригинала.

В России «Дракулу» тоже ждали изменения, но другого плана. В 1912 году в Москве издали приквел романа. Предыстория описанных Стокером событий получила название «Вампиры.

Фантастический роман барона Олшеври из семейной хроники графов Дракула-Карди». Автор прикрывался псевдонимом «барон Олшеври» (б. олшеври), а его настоящее имя доподлинно не установлено до сих пор.

Пыталась ли Флоренс Стокер судиться с московскими нарушителями авторских прав, также неизвестно.

Кадр из фильма «Дракула» (1992)

8. Оригинальная рукопись романа сейчас принадлежит основателю компании «Майкрософт»

Нет, не Биллу Гейтсу, а Полу Аллену. Фирма «Microsoft», подсадившая полмира на операционную систему Windows и текстовый редактор Word, была создана двумя студентами Гарварда.

В 1983 году Аллен разругался с Гейтсом и покинул компанию, но состояние сколотить к тому времени уже успел. 51-е место в списке миллиардеров в 2015 году позволило ему купить оригинальную рукопись «Дракулы».

Во сколько ему это обошлось, неизвестно.

9. В честь героев романа названы многие странные вещи

Например, белок дракулин, обнаруженный в слюне летучих мышей-вампиров.

Дракулин работает как антикоагулянт, то есть влияет на свертываемость крови (не дает крови укушенной мышкой жертвы свернуться, пока присосавшийся к ней довольный вампир кушает). На самом деле, это довольно полезная вещь.

Ученые всерьез изучают дракулин в качестве возможного препарата для лечения инсультов и инфарктов, а также как разжижитель крови для профилактики тромбообразования.

В зарубежной психиатрической науке используется термин «синдром Ренфилда» (так звали персонажа книги, который под влиянием Дракулы сошел с ума и в психушке ел мух и творил прочие непотребства). Это расстройство также называют «клиническим вампиризмом». Подвержены ему в основном мужчины. Пациент одержим питьем крови и готов высасывать её у животных и людей (включая себя самого).

10. Стокер создал героя, который занимает первое место в мире по числу появлений на экране

Экранизируют не только книгу, но и вольно пересказывают историю заглавного персонажа. Число киноадаптаций, по подсчетам специалистов, уже подбирается к рубежу в 300 штук. Дракула, таким образом, обогнал по популярности у киношников самого Шерлока Холмса. Великий сыщик уверенно занимает второе место примерно с 260-ю экранизациями.

Приятного вам шелеста страниц!

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/598683bc1410c361e4ba0c46/5a35e0947425f56e2c8507bb

Брэм Стокер — В гостях у Дракулы. Вампиры. Из семейной хроники графов Дракула-Карди (сборник)

www.litres.ru)* * *

  • Брэм Стокер
  • В гостях у Дракулы
  • Рассказы

За несколько месяцев до горестной кончины, можно сказать, когда смерть уже накрыла его своей тенью, мой муж готовил к публикации три серии коротких рассказов, и книга, которую держит в руках читатель, – одна из них.

К рассказам, включенным им в книгу, я добавила до настоящего времени не публиковавшийся эпизод из «Дракулы». Он был исключен из окончательного варианта романа с одной целью: уменьшить объем книги, и может вызвать интерес у многих почитателей произведения, которое считается лучшей работой мужа.

Остальные рассказы уже печатались в английских и американских периодических изданиях. Проживи мой муж дольше, он, возможно, счел бы нужным переработать эти рассказы, большинство из которых относятся к раннему периоду его творчества.

Но, поскольку судьба распорядилась так, что заниматься их выпуском приходится мне, я посчитала правильным и целесообразным не вносить никаких изменений и выпустить эти рассказы практически в том виде, в котором они были закончены им.

Флоренс Брэм Стокер

Вдень отъезда солнце над Мюнхеном светило ярко, и в воздухе витало то радостное настроение, которое нередко ощущается поздней весной. Перед самым нашим отъездом господин Дельбрюк (хозяин гостиницы «Четыре времени года», в которой я остановился) спустился с непокрытой головой к коляске и, пожелав мне приятной дороги, обратился к извозчику, который придерживал дверцу коляски открытой:

– Не забудь, ты должен вернуться до полуночи. Небо пока чистое, но по северному ветру чувствуется, что буря может начаться неожиданно. Впрочем, я и так не сомневаюсь, что ты не станешь задерживаться, – тут он улыбнулся и добавил: – Ты же знаешь, что за ночь сегодня.

Йохан с важным видом ответил: «Ja, mein Herr»[1], тронул шляпу и хлестнул лошадей. Когда мы выехали за город, я спросил его, предварительно попросив остановиться: – Скажите, Йохан, что за ночь сегодня?

Перекрестившись, он коротко ответил: «Вальпургиева ночь». Затем достал часы, огромный, величиной с луковицу, старинный серебряный немецкий хронометр, посмотрел на него, сдвинув брови, и нетерпеливо передернул плечами. Я понял, что таким образом он выражает свое раздражение задержкой, поэтому сел обратно в коляску и сделал знак отправляться дальше.

Он тронул сразу же, как будто хотел наверстать упущенное время. Лошади то и дело вскидывали головы и подозрительно принюхивались. В такие моменты я сам часто встревоженно оглядывался по сторонам. На высоком, не защищенном от ветра плато, которое мы пересекали, было довольно прохладно. Я заметил дорогу, почти заросшую, которая, извиваясь, углублялась в небольшую долину.

Она вызвала у меня такой интерес, что, даже несмотря на риск вызвать недовольство извозчика, я попросил остановиться, и когда он натянул поводья, сказал, что хотел бы поехать по этой дороге. Йохан, то и дело крестясь, постарался отговорить меня от этой затеи, но его попытки лишь вызвали у меня еще большее любопытство. Я стал задавать ему всяческие вопросы.

Отвечал он короткими недовольными фразами и постоянно нетерпеливо смотрел на часы. Наконец я сказал:

– Что ж, Йохан, я хочу отправиться по этой дороге. Я не приглашаю вас следовать за мной, если вы не хотите, но скажите, почему вы отказываетесь по ней ехать. Это все, что я прошу.

В ответ он спрыгнул с козел, причем так быстро, словно хотел броситься на землю. Протягивая ко мне руки, он стал умолять не идти. Его немецкая речь перемежалась фразами на английском, чтобы я смог понять его. Он как будто хотел мне сказать что-то такое, сама мысль о чем наполняла его ужасом, поэтому, не переставая осенять себя крестом, он только повторял: «Вальпургиева ночь».

Я попытался вступить с ним в спор, но трудно спорить с человеком, языком которого не владеешь.

Тем более что преимущество все равно оставалось за ним, поскольку, начиная говорить на ломаном английском, он, возбуждаясь, неизменно переходил на свою родную речь, при этом часто посматривая на часы. Вдруг наши лошади забеспокоились и стали принюхиваться.

Заметив это, Йохан побледнел, испуганно оглядываясь, потом неожиданно прыгнул вперед, схватил их за поводья и отвел примерно футов на двадцать. Я пошел следом и спросил, зачем он это сделал.

В ответ он опять перекрестился, указал на место, где мы только что стояли, чуть сдвинул коляску по направлению к другой дороге, крестом пересекавшей ту, по которой ехали мы, и сказал, сначала по-немецки, потом как мог по-английски: «Здесь похоронен тот… тот, который убил себя».

Я вспомнил о старом обычае хоронить самоубийц на перекрестках.

– А! Понятно, самоубийство. Как любопытно! – сказал я, но хоть убей не мог понять, почему испугались лошади.

Разговаривая, мы услышали какой-то звук, нечто среднее между визгом и лаем. Звук этот доносился издалека, но лошади сильно заволновались, и Йохану стоило больших трудов сдержать их. Он побледнел еще сильнее и сказал:

– Похоже на волка… Но ведь здесь волки больше не водятся.

– Не водятся? – переспросил я. – А давно волки подходили к городу так близко?

– Давно, давно, – сказал он. – Весной и летом. Но когда выпал снег, они ушли.

Пока извозчик поглаживал лошадей и пытался их успокоить, небо стремительно заволокло темными тучами. Солнце спряталось, и нас обдало дыханием холодного ветра. Но вскоре солнце снова вышло из-за туч и засветило по-прежнему ярко. Йохан, глядя вдаль из-под руки, сказал:

– Снежная буря, скоро начнется.

Потом опять взглянул на часы и, крепко сжимая поводья, поскольку лошади все еще били копытами землю и вскидывали головы, взобрался на козлы, словно собираясь трогать.

Источник: https://libking.ru/books/sf-/sf-horror/511210-brem-stoker-v-gostyah-u-drakuly-vampiry-iz-semeynoy-hroniki-grafov-drakula-kardi-sbornik.html

Дракула — Брэм Стокер скачать fb2, txt, pdf на Readly.ru

Лондонский юрист Джонатан Харкер отправляется в замок Дракулы, чтобы оформить документы на собственность в Лондоне, но попадает в ловушку, и ему начинает казаться, что он сходит с ума, настолько ужасно всё происходящее.

Позже стечения обстоятельств приводят к тому, что что-то странное происходит и с Люси Вестенра, и объяснить это берется лишь доктор Абрахам Ван Хельсинг, потому что причина всех событий одна — древний род нежити, вампиры, в которых, казалось бы, никто уже не верит.

Несмотря на все усилия, Люси, увы, спасти не удается, погибает и сумасшедший Ренфилд, как-то связанный с Дракулой… И теперь трое мужчин, любивших Люси, её лучшая подруга Мина с мужем Джонатаном Харкером и Ван Хельсинг, питающий ко всем отцовские чувства, должны отправиться в опаснейший путь, чтобы избавить Землю от тяжкой печати рода Дракулы и спасти его про́клятую душу…

Также на странице вы можете прочитать цитаты, интересные факты и отзывы о книге Дракула.

Хотя Стокер не был первым писателем, сделавшим вампира героем своего произведения, роман оказал исключительное влияние на складывание и популяризацию «вампирского мифа» и стал наиболее полным описанием вампира в популярной литературе до XX столетия. Огромное количество посвященных вампирам книг и фильмов, появившихся в XX и XXI веке, обязано своим существованием «Дракуле».

Брэм Стокер (1847 — 1912), автор «Дракулы», женился на первой девушке Оскара Уайльда (1854 — 1990).

Роман впервые опубликован в 1897 году

Прототипом Графа Дракулы стал румынский князь Влад III Басараб, так же известный как Влад Дракула и Влад Цепеш. Прозвище Дракул (дракон) обозначает дьявола, который в средневековой Европе часто изображался в виде дракона. Прозвище Цепеш обозначает «кольщик», «колосажатель». Первое прозвище было получено князем при жизни, второе спустя 30 лет после смерти.

Читайте также:  Книги про армению и армян список лучших

Все, с чем нам приходится считаться, — это традиции и суеверия. Сначала они представляются не имеющими большого веса, но когда дело идет о жизни и смерти — все приобретает иное значение. И мы должны довольствоваться ими в силу необходимости, так как, во-первых, мы не имеем под руками других средств, а во-вторых, в такого рода вещах традиции и суеверия в сущности все.

Абрахам Ван Хельсинг

Навсегда запомните, что смех, постучавший в твою дверь с вопросом: «Можно войти?» — не есть настоящий смех. Нет. Настоящий смех — это король, и он приходит, когда и как ему нравится. Он никого не спрашивает, он не выбирает подходящего времени. Он говорит: «Я здесь».

«Итог он подвел точно — закрыл счет, а сегодня начал всё заново. Многие ли из нас способны каждый день открывать новый счет?
Ещё вчера мне казалось, что рухнули все надежды и жизнь кончилась, но я все-таки открыл новый счет».

Доктор Сьюворд о рассуждениях Ренфилда, Дневник доктора Сьворда

«Видимо, так уж устроен человек — несмотря ни на что, он надеется на благополучный исход».

Дневник доктора Сьворда

«Нас несёт на рифы, и вера — наш единственный спасительный якорь».

Дневник Джонатана Хркера Все цитаты из книги «Дракула» →

#Страстные_пузики_По_2

Гарри Поттер и Орден Феникса

Помоги Ридли!

Мы вкладываем душу в Ридли. Спасибо, что вы с нами! Расскажите о нас друзьям, чтобы они могли присоединиться к нашей дружной семье книголюбов.

Источник: http://readly.ru/book/63452/

Граф Дракула (Dracula) Брэма Стокера на английском языке: читать книгу онлайн c параллельным переводом; скачать в EPUb, PDF и FB2

JONATHAN HARKER’S JOURNAL (Kept in shorthand.)

Дневник Джонатана Харкера (стенографическая запись)

Bistritz.—Left Munich at 8:35 P. M., on 1st May, arriving at Vienna early next morning; should have arrived at 6:46, but train was an hour late.

Бистрица Выехал из Мюнхена 1 мая в 8.35 вечера и прибыл в Вену рано утром на следующий день; должен был приехать в 6.46, но поезд опоздал на час.

Buda-Pesth seems a wonderful place, from the glimpse which I got of it from the train and the little I could walk through the streets.

По тому, что я мельком видел из окна поезда, а также прогуливаясь по улицам, я решил, что Будапешт на редкость красивый город.

I feared to go very far from the station, as we had arrived late and would start as near the correct time as possible.

Я боялся забираться слишком далеко от вокзала, так как наш поезд опаздывал и должен был вскоре отправиться дальше.

The impression I had was that we were leaving the West and entering the East; the most western of splendid bridges over the Danube, which is here of noble width and depth, took us among the traditions of Turkish rule.

У меня было такое чувство, точно мы покинули Запад и оказались на Востоке, а самый западный из великолепных мостов, перекинутых через Дунай, достигающий здесь громадной ширины и глубины, напомнил мне о временах турецкого ига.

We left in pretty good time, and came after nightfall to Klausenburgh.

Выехали мы своевременно и к сумеркам прибыли в Клаузенбург.

Here I stopped for the night at the Hotel Royale.

Здесь я остановился на ночь в гостинице «Отель Ройял».

I had for dinner, or rather supper, a chicken done up some way with red pepper, which was very good but thirsty. (Mem., get recipe for Mina.) I asked the waiter, and he said it was called “paprika hendl,” and that, as it was a national dish, I should be able to get it anywhere along the Carpathians.

Мне подали к обеду или, вернее, к ужину цыпленка, приготовленного каким-то оригинальным способом с красным перцем – прекрасное блюдо, но возбуждающее сильную жажду. (Прим.: взять рецепт для Мины.) На мой вопрос официант ответил, что оно называется паприка гендл и что в Прикарпатье его можно получить, пожалуй, везде, поскольку это национальное блюдо.

I found my smattering of German very useful here; indeed, I don’t know how I should be able to get on without it.

Я пришел к заключению, что, как ни скудны мои познания в немецком языке, все же они оказали мне большую услугу. Я, право, не знаю, как бы обходился без них.

Having had some time at my disposal when in London, I had visited the British Museum, and made search among the books and maps in the library regarding Transylvania; it had struck me that some foreknowledge of the country could hardly fail to have some importance in dealing with a nobleman of that country.

Имея немного свободного времени, я, будучи в Лондоне, я посетил Британский музей, где рылся в атласах и книгах о Трансильвании; мне казалось, что всякая мелочь, любые знания об этой стране окажутся полезными в общении с тамошним аристократом.

Для перехода между страницами книги вы можете использовать клавиши влево и вправо на клавиатуре.

Источник: https://LinguaBooster.com/ru/en/books/dracula-16

Книга Дракула

Перейти на страницу: 1234567891011121314151617181920212223242526272829303132333435363738394041424344454647484950515253545556575859606162636465666768697071727374757677787980

1

Брэм Стокер

Дракула

Глава первая

3 мая.

Выехал из Мюнхена 1 мая в 8 часов 35 минут вечера и прибыл в Вену рано утром на следующий день; должен был приехать в 6 часов 46 минут, но поезд опоздал на час.

Будапешт, кажется, удивительно красивый город; по крайней мере, такое впечатление произвело на меня то, что я мельком видел из окна вагона, и небольшая прогулка по улицам. Я боялся отдаляться от вокзала.

У меня было такое чувство, точно мы покинули запад и оказались на востоке, а самый западный из великолепных мостов через Дунай, который достигает здесь громадной ширины и глубины, напомнил мне о том, что мы находимся недалеко от Турции.

Выехали мы своевременно и прибыли в Клаузенберг после полуночи. Я остановился на ночь в гостинице «Руаяль». К обеду или, вернее, к ужину подали цыпленка, приготовленного каким—то оригинальным способом с красным перцем — прекрасное оригинальное блюдо, но сильно возбуждающее жажду.

(Примечание: надо взять рецепт для Мины.)

Я пришел к заключению, что, как ни скудны мои познания в немецком языке, все же они оказали мне большую услугу. Право, не знаю, как бы я обошелся без них.

Во время моего последнего пребывания в Лондоне я воспользовался свободным временем, чтобы посетить Британский музей, где рылся в книгах и атласах книжного отдела Трансильвании; мне казалось, что впоследствии, при моем сношении с магнатами этой страны, всякая мелочь может пригодиться.

Я выяснил, что интересовавшая меня область лежит на крайнем востоке страны, как раз на границах трех областей: Трансильвании, Молдавии и Буковины, посреди Карпатских гор; я убедился, что это одна из самых диких и малоизвестных частей Европы и никакие географические карты и другие источники не могли мне помочь определить местоположение «Замка Дракулы», так как до сих пор нет подробной географической карты этой области. Но все же мне удалось узнать, что почтовый город Быстриц — упомянутый графом Дракулой — существует на самом деле. Здесь я внесу кое—какие примечания, дабы впоследствии, когда буду рассказывать Мине о своем путешествии и пребывании в этих краях, восстановить в памяти все виденное мною. Трансильвания населена четырьмя различными народностями: саксонцами — на севере, валахами — на юге, мадьярами — на западе и секлерами — на востоке и северо— востоке. Я нахожусь среди последних. Они утверждают, что происходят от Аттилы и гуннов. Возможно, что так оно и есть поскольку в XI веке, когда мадьяры завоевали страну, она была сплошь заселена гуннами.

Я где—то вычитал, что в недрах Карпатских гор зародились суеверные предания и легенды всего мира, как будто в них находится центр водоворота фантазии; если это так на самом деле, то мое пребывание здесь обещает быть очень интересным.

(Примечание: надо спросить об этом у графа.)

Я плохо спал, хотя кровать моя была довольно удобна; мне снились какие— то страшные сны. Какая—то собака всю ночь завывала под моим окном, что может быть и повлияло на эти сны, а может быть, «паприка» всему виною, так как, хотя я выпил весь графин воды, все же не мог утолить жажды.

Под утро я, по—видимому, крепко заснул, так как, чтобы добудиться меня, пришлось с полчаса неистово стучать в дверь.

К завтраку подали опять «паприку», затем особую похлебку из кукурузной муки, так называемую мамалыгу, и яйцеобразные питательные плоды — Демьянку, начиненные мелко нарубленным мясом — превосходное блюдо; называется оно «имплетата».

(Примечание: необходимо раздобыть этот рецепт тоже.)

Мне пришлось поторопиться с завтраком, так как поезд отходил за несколько минут до 8—ми; вернее, он должен был отойти в это время, но когда я, примчавшись на станцию в 7 часов 30 минут, сел в вагон, выяснилось, что ранее половины девятого поезд и не подумал трогаться. Мне кажется, чем дальше к Востоку, тем менее точны поезда. Что же делается в таком случае в Китае? Воображаю…

В продолжение всего следующего дня мы любовались мелькавшими перед нами картинами, полными разнообразной красоты.

Мимо проносились то маленькие города или замки на вершинах крутых холмов, похожие на те, которые встречаются на гравюрах в старинных книгах Св.

Писания; то бурные потоки и реки, окаймленные белыми каменными берегами. На каждой станции толпилась масса людей в разнообразнейших нарядах.

К вечеру мы добрались, наконец, до Быстрица, оказавшегося очень интересным старинным уголком.

Граф Дракула в своих письмах рекомендовал мне гостиницу «Золотая Корона», которая оказалась, к моему большому восторгу, выдержанной в старинном стиле; моим самым пламенным желанием было видеть все то, что могло бы дать мне верное представление о стране.

По—видимому, меня здесь ожидали, так как в дверях мне встретилась веселая на вид, пожилая женщина, одетая в обычный национальный крестьянский костюм: в белую юбку с двойным длинным передником из цветной шерстяной материи. Когда я подошел, она поклонилась и спросила: «Господин англичанин?» «Да, — ответил я, — Джонатан Харкер».

Она улыбнулась и что—то сказала человеку в жилете, стоявшему за ней тоже в дверях; он вышел и сейчас же вернулся с письмом в руках, которое передал мне. Вот оно:

«Мой друг, приветствую Вас в Карпатах! С нетерпением ожидаю Вас. Спите спокойно в эту ночь. Завтра в 3 часа дилижанс отправится в Буковину; одно место оставлено для Вас. В ущелье Борго Вас будет ожидать коляска, которая и доставит Вас в замок.

  • Я надеюсь, что Вы благополучно приехали из Лондона и что Вам доставит удовольствие пребывание в нашей великолепной стране.
  • Ваш друг, Дракула«.
  • 4 мая.

Хозяин гостиницы, должно быть, получил письмо от графа с поручением оставить для меня место в дилижансе; но на мои расспросы он долгое время ничего не отвечал и делал вид, что не понимает моего немецкого языка. Это не могло быть правдой, так как раньше он прекрасно понимал его; по крайней мере, в свое время на мои вопросы он отвечал.

Хозяин и его жена поглядывали друг на друга и на меня с каким—то страхом. Наконец, он пробормотал, что деньги были посланы в письме и что больше он ничего не знает.

Когда я спросил, знает ли он графа Дракулу и не может ли что—нибудь рассказать о замке, то он и его жена перекрестились и, сказав что они ровно ничего не знают, просто— напросто отказались от дальнейших разговоров. Вскоре мне пришлось отправиться в путь, а я так и не сумел никого расспросить.

Все это было очень таинственно и отнюдь не действовало на меня ободряюще.

Перед самым отъездом ко мне вошла жена хозяина — пожилая дама — и нервно спросила: «Вам непременно нужно ехать, о молодой господин? Вам это необходимо?» Она была в таком возбуждении, что, по—видимому, забыла и тот маленький запас немецких слов, который знала, и примешивала к немецкой речи другой язык, которого я совершенно не знал.

Я мог следить за смыслом ее речи только благодаря тому, что задавал много вопросов. Когда я сказал, что должен сейчас же ехать, что меня призывает туда важное дело — она меня опять спросила: «Знаете ли вы, что за день сегодня?» Я ответил, что сегодня 4 мая; она покачала головой и сказала опять: «О, да. Я это знаю, я это знаю.

Но знаете ли вы, что за день сегодня?» Видя, что я понятия не имею, в чем дело, она продолжала: «Сегодня канун Святого Георгия.

Разве вы не знаете, что сегодня ночью, лишь только пробьет полночь, нечистая сила будет властвовать на земле? А имеете ли вы представление о том, куда вы едете и что вас там ожидает?» Она сильно сокрушалась, и как я ни старался ее утешить, все было безуспешно.

В заключение она упала передо мной на колени и начала умолять не ехать туда; или, по крайней мере, переждать день— два. Все это было в достаточной мере смешно, да к тому же я неважно себя чувствовал; тем не менее меня призывали важные дела, и я не мог допустить, чтобы на мой отъезд влияли какие— то бредни.

Поэтому я поднял ее с колен и как можно строже сказал, что благодарю за предостережение, но должен ехать. Тогда она встала и, вытерев глаза, сняла со своей шеи крест и предложила мне надеть его. Я не знал, как поступить, так как, будучи членом англиканской церкви, с детства привык смотреть на такие вещи как на своего рода идолопоклонство, но я боялся, чтобы мой отказ не показался оскорбительным для пожилой дамы, которая была столь благожелательно настроена ко мне, и колебался, не зная, как поступить. Заметив мою нерешительность, она просто надела мне крест на шею, сказал: «Во имя вашей матери». Вношу это в дневник в ожидании кареты, которая, конечно, запаздывает; а крест так и остался у меня на шее. Не знаю, страх ли пожилой дамы или те многочисленные рассказы о привидениях, которые господствуют в этой местности, или сам крест тому виною — не знаю, но я не чувствую себя так свободно, как всегда. Если этой книге суждено увидеть Мину раньше меня, то пусть она передаст ей мой последний привет. Вот и карета.

Читайте также:  Книги про пиратов список лучших

1

Источник: https://read-books-online.ru/bookread-26098

Дракула: зарождение и эволюция образа

Главный вампир современной культуры.

Образ вампира, чудовища, появляющегося ночью, пьющего человеческую кровь, бессмертного существа, сегодня в культуре считается чем-то обыденным, рядовым. Вампиры, зомби, колдуны, ведьмы — все эти персонажи постоянно появляются в фильмах, книгах, графических новеллах, аниме. Но все они обрели настоящую популярность с появлением кино и беллетристики.

На стыке двух веков писатель-романист ирландского происхождения Брэм Стокер написал книгу, ставшую популярной только после его смерти и увековечившую образ, ставший одним из самых знаковых в культуре XX века — образ графа Дракулы.

Гэри Олдман в роли графа Дракулы

История Дракулы начинается с XV века, когда в Трансильвании умирает полководец, князь и один из самых кровавых правителей в истории — Влад III Цепеш по прозвищу Дракула.

После его смерти в мировой литературе появляется множество книг, довольно подробно описывающих эпизоды из жизни Дракулы.

Некоторые произведения акцентируют внимание на военных походах князя, другие уделяют внимание его жизни и взглядам.

Возможно, молва о Дракуле и не получила бы такого широкого распространения, если бы не литература. Есть даже русское произведение Федора Курицына, составившего и написавшего «Сказание о Дракуле». Появившийся в 1480-х это, по сути, древнейший из дошедших до нас памятников беллетристики.

Влад III Цепеш

Рассказы о знакомстве Стокера с биографией кровавого князя Валахии разнятся: одни говорят, что он узнал о Цепеше от востоковеда Арминия Вамбери. В романе даже есть отсылка: профессор Ван Хельсинг ссылается на некоего Арминия, от которого получает сведения о вампирах.

Другие считают, что Стокер прочитал книгу Уильяма Уилкинсона «Описание провинций Валахии и Молдавии». А легенды о вампирах он нашёл в «Тысяче и одной ночи» и сборнике индийских сказок, переведённых Ричардом Бёртоном.

Повлияла на писателя и «Книга оборотней», где была ярко описана жизнь Елизаветы Батори, еще одной кровавой и пугающей правительницы, по слухам, убивавшей молодых крестьянок и купавшейся в их крови, чтобы обрести вечную молодость.

Елизавета Батори

В 1890 году Стокер начал работать над созданием романа. По изначальной задумке действие происходило в Штирии, но, изучив достаточно материалов, Стокер пришел к выводу, что Трансильвания прочно ассоциируется с вампирами и легендами о них, а значит и действие романа нужно перенести туда.

Таинственная «земля за лесом» (это буквальный перевод названия Трансильвания) для читателя была более привлекательна и создавала атмосферу места, где может водиться любая нечисть. По поверьям, в Трансильвании существовала школа магии Шамбала. Стокер решил, что Дракула должен был обучаться именно там, у самого Люцифера.

Источником фольклорных мотивов в романе считают «Землю за лесом» Эмили Джерард. Суеверия Трансильвании, описанные в книге вдохновили писателя. Оттуда же Стокер и режиссёр Фридрих Мурнау взяли слово, которое сейчас связывают только с вампирами — это слово «носферату», что значит «не мёртвый» или «переносящий болезни». С лёгкой руки Стокера слово стало одним из синонимов вампира.

Румынские поверья и фольклор частично сформировали методы борьбы с вампирами в книге.

Помимо традиционного отрубания головы и осинового кола, румыны использовали обычай хоронить своих усопших с серпом у шеи, чтобы покойник, вздумавший восстать в самый неподходящий момент, отрубил себе голову.

А для того, чтобы отбиться от особо настырных мертвецов, у дома вешали серебряные кресты. В дело также шли чеснок, ветки боярышника и зерно, рассыпанное у дома. Всё это в какой-то мере нашло свое отражение в романе Стокера.

Разумеется, огромное влияние оказала литература XIX века. Новелла Джозефа Шеридана Ле Фаню «Кармилла», повествующая о женщине-вампире, повлияла на «Дракулу» больше чем что-либо. «Гость Дракулы», рассказ Стокера, подражает произведению Ле Фаню, а профессор Ван Хельсинг — очевидно, вдохновлён образом барона Вондербурга из «Кармиллы», который также является специалистом по вампирам.

«Кармилла» вообще оказала большое влияние на массовую культуру, но уже в новом веке: образ женщины-вампира не раз встречается в книгах, фильмах, постановках, аниме и комиксах. А образ высокой, худощавой женщины с бледной кожей и выразительными глазами, стал иконой стиля для дам начала XX века.

В романе Стокера также чувствуется влияние Чарльза Диккенса, Female Gothic сестёр Бронте, Стивенсона и его «Странной истории доктора Джекила и мистера Хайда». А ведь ещё за 50 лет до «Дракулы» появился первый «грошовый роман ужасов» — что интересно, тоже про вампиров.

«Варни-вампир, или Кровавый пир» — брошюры, состоящие из кричащей обложки и восьми страниц с текстом в две колонки, напечатанные на грубой, дешёвой бумаге, рассказывали о вампире Фрэнсисе Варни. Это были простые истории для людей, читающих мало или не имеющих возможность читать книги.

Отмечают и схожесть с романом «Замок в Карпатах» Жюль Верна, о загадочном аристократе, преследующем молодую девушку.

Увлечение Стокера мистикой, вылившееся в написание «Дракулы», тоже возникло не просто так.

Следуя моде, писатель вступил в орден «Золотой зари», мистическое сообщество, повлиявшее на формирование всего оккультизма на Западе.

Учение ордена основывалось на доктринах каббалы, алхимических экспериментах и оккультной магии. Некоторые биографы утверждают, что Стокер не состоял в ордене, но общался с представителями «Золотой зари» и помогал им.

Роман «Дракула» был опубликован в 1897 году — Стокеру понадобилось восемь лет, чтобы написать книгу. Публика приняла роман благосклонно, но особого успеха он автору не принёс. В конце XIX века готические романы, произведения о потустороннем и мистицизме не были чем-то необычным, так что для современников писателя «Дракула» стал интересным, но вполне рядовым произведением.

Пусть Брэм Стокер не был родоначальником «вампирской» темы, но именно его произведение сделало вампиров одними из самых популярных героев в массовой культуре, пусть и опосредованно. Потому что настоящую популярность Стокеру и Дракуле принесло новое культурное явление — кинематограф.

Первой ласточкой стал «Вампир» 1913 года Роберта Виньола, затем — «Смерть Дракулы» Карой Летайя, который использовал лишь имя вампира, сама история была оригинальной.

Картина рассказывала о бедной швее и бессмертном музыканте. Где-то в это же время вышла не сохранившаяся до наших дней экранизация романа под названием «Дракула», снятая в России.

А потом появился Фридрих Мурнау и подарил миру фильм «Носферату. Симфония ужаса».

Мурнау не мог использовать название и сюжет романа Стокера, так как вдова писателя отказалась продать права на экранизацию. Пришлось выкручиваться: название Мурнау всё равно взял из романа, переименовал героев и чуть-чуть переписал сюжет. Помогла не сильно — вдова писателя подала в суд на Мурнау и киностудию Prana Film и иск выиграла.

Все копии «Носферату» должны были быть уничтожены, а киностудию обязали выплатить компенсацию. К счастью, несколько экземпляров уцелели и дошли до наших дней. Видение Мурнау не только сделало Дракулу популярным, но и привнесло в образ вампира-аристократа новые черты.

В романе Стокера Дракула не очень любит солнечный свет, но не особо страдает от него, в одном из эпизодов даже прогуливается днём по улице. Вампир Мурнау от солнечного света погибает. Этот художественный прием получил большую популярность в дальнейших экранизациях и литературе о вампирах.

А вот отражение в зеркале осталась «фишкой» Носферату. Дракула, как и многие другие вампиры, в зеркале не отражается.

Следующим крупным событием, продвинувшим роман в массы, стала постановка и последовавший за ней фильм по роману Стокера. И там, и там роль Дракулы исполнил Бела Лугоши.

Помимо подходящей внешности, у Лугоши был запоминающийся акцент и, конечно же, талант.

Постановка была очень успешна, полюбилась зрителям, и принесла популярность Лугоши, хотя критики называли его «манекеном» и «манерным людоедом».

Когда Universal решила снять фильм по роману Стокера, Лугоши тут же предложил себя на роль графа, но взяли его не сразу.

Производство картины шло тяжело: сначала умер от рака Лон Чейни, предложивший снять фильм о Дракуле (его же прочили на роль графа), потом началась Великая депрессия, а студии пришлось сократить бюджет — тогда и вспомнили о Лугоши. Актёр был готов сниматься за 500 долларов в неделю и хорошо знал роман.

Режиссёрское кресло предложили Паулю Лени, но во время подготовки к съёмкам он умер от сепсиса.

В результате постановщиком картины стал Тод Броунинг — по мнению критиков, у его фильма оказалось полно недостатков связанных со сценарием (лента очень отдалённо связана с романом Стокера), режиссурой и звуковым оформлением.

Но картина «выстрелила», Бела Лугоши, снимавшийся в ленте практически без грима, ввёл в моду восточноевропейский акцент и стал, наконец-то, узнаваем на улицах.

Фильм спас от разорения студию Universal и дал начало её «Классической серии фильмов ужасов». Для кинематографа это стало золотой жилой — в кризисное для страны время продюсеры нашли тему, приносившую миллионы. После успеха «Дракулы» вышли «Дочь Дракулы», «Сын Дракулы» и «Дом Дракулы». По сути, это была первая франшиза о вампирах, с цепочкой нескольких взаимосвязанных между собой фильмов.

Если в романе Брэма Стокера эротический подтекст легко считывался, то в кино до 1958 года эту тему старательно обходили. Даже ленту с Лугоши называли «распущенной и пошлой», а там уж совсем ничего такого не было. Сказывались нравы общества и желание кинопродюсеров охватить аудиторию всех возрастов, заработав как можно больше денег.

Первым режиссёром, взглянувшим на историю Дракулы с точки зрения эротики, стал Теренс Фишер, снявший «Дракула» («Ужас Дракулы») с Кристофером Ли в главной роли. Фильм всё еще был неприемлем для американской и европейской публики, и полная версия, содержавшая самые откровенные сцены, появилась только на экранах Японии.

Образ Дракулы в фильме отличался от привычного: если в исполнении Лугоши это был аристократ, а сама подача была ближе к театральной, то Дракула Кристофера Ли был настоящим монстром, хищником, в нём было больше от животного. Для кинематографа этот фильм, как и предыдущие, стал новым ориентиром в историях о вампирах, закрепив мифы о вреде чеснока и распятий.

Как и в случае с Дракулой от Universal, британская киностудия Hammer Film снявшая «Ужас Дракулы», создала свою кинофраншизу, сняв девять фильмов, посвящённых вампирам. Причем студия постоянно экспериментировала с жанрами, временными эпохами, даже странами. Объединял картины всё тот же эротический мотив, являвшийся своего рода крючком для зрителя.

Кроме того, в 70-е Hammer Film экранизировала ещё и «Кармиллу», то самое произведение, вдохновившее Брэма Стокера на написание романа. В сеттинге «Кармиллы» вышло аж три фильма: «Любовницы-вампирши», «Страсть к вампирше» и «Близняшки зла». Эта трилогия вернула к жизни давно забытую тему вампирш-лесбиянок, снова всколыхнув общественность.

Вообще в 60-70 годы, с наступлением сексуальной революции раскрепощалось и кино, фильмы о Дракуле, коих в эти годы сняли множество, только свидетельствовали о метаморфозах в обществе и в искусстве.

Тут можно вспомнить и Романа Полански с его «Балом вампиров» комедийным фильмом ужасов, наполненным отсылками ко всем классическим экранизациям, фильмам Hammer Film, «Трем ликам страха» Марио Бава, а также к роману Стокера, и снова к «Кармилле» Ле Фаню.

И «Блэкула», одна из первых лент с чернокожим вампиром, породившая целую волну фильмов о вампирах, где упырей играли афроамериканцы. Это даже при том, что критикам «Блэкула» не понравился, а зрители отмечали дырявый сценарий и глуповатых персонажей.

Дракула стал неким символом глобализации. В разных концах света режиссеры экранизировали роман Стокера, придумывали на основе романа новые сюжеты, добавляли элементы своей культуры, используя мифы о вампирах своего народа. Даже до социалистических стран дошли отголоски «вампирского бума». В 1971 году на экранах Чехословакии показали телефильм «Граф Дракула», поставленный Анной Прохазковой.

В середине 70-х появилась книга «Салемов удел», Стивена Кинга. По утверждению писателя, он переосмыслил «Дракулу» Стокера, стараясь следовать традиционной европейской литературе о вампирах.

При этом, это очень философское произведение, отражающее и взгляды писателя на современное общество, и на представления о вампирах, менявшиеся с течением времени.

В кино же философским переосмыслением «Дракулы», а точнее «Носферату» Мурнау, стала лента Вернера Херцога, также получившая название «Носферату. Призрак ночи».

Энн Райс в «Вампирских хрониках» впервые «социализировала» вампиров. У них появилась своя власть, иерархия, а значит и история вампиров стала богаче. При этом она романтизировала образ вампиров, привлекая женскую аудиторию, что только расширило армию поклонников вампиров.

Спустя три десятка лет это же сделала Стефани Майер, добавившая к вечной молодости и красоте несколько штрихов вроде блеска кожи на солнце, вынужденного вегетарианства и паранормальных способностей: чтения мыслей, предвидения будущего и прочего.

Нельзя сказать, что эти черты стали устоявшимися для образа вампиров, прошло не так много времени, но, как бы кто не относился к произведениям писательниц, их творчество сродни «Варни-вампиру» – оно простое, но привлекает новую аудиторию, а значит, появляются новые книги, фильмы, аниме о вампирах.

В 90-х новая волна кино о вампирах привнесла множество отличных лент о Дракуле и его приспешниках. «Дракула Брэма Стокера» Копполы, с Гэри Олдманом в роли Дракулы, с необычными спецэффектами, отдающими дань уважению немому кино и приемам, которыми пользовались режиссеры 20-х – 30-х.

Примечательно, что фильм начинается с эпизода, основанного на румынской легенде о настоящем Дракуле, где рассказывается о том, что его любовница выбросилась из окна башни в реку Арджеш, которую местные прозвали «рекой принцессы».

«Интервью с вампиром» по роману Энн Райс, с изумительными костюмами, прекрасным актерским ансамблем и красочными декорациями. В это же время появились и «Блэйд», боевик о темнокожем охотнике на вампиров, «Вампир в Бруклине» комедия с Эдди Мерфи и многие другие.

Основная черта этих фильмов, как и «волны 70-х» – эксперименты с жанрами и стилями.

В 2000-х основными темами режиссеров, писателей, создающих произведения о вампирах, стали любовь и насилие. «Ван Хельсинг», где Дракула предстает вампиром, пытающимся завести потомство, и теряющим его раз за разом.

«Дракула 2000», с его необычной трактовкой происхождения Дракулы, а также любопытным объяснением, почему вампиры боятся распятий и серебра.

В аниме Hellsing, используются детали и стокеровского образа, и элементы из «Дракулы» Копполы, но при этом Алукард (его имя анаграмма имени Дракулы), самостоятельный персонаж, со своим характером и историей. С помощью многочисленных референсов в сторону других произведений, Hellsing создает новый многогранный образ Дракулы.

В конце нулевых кино о вампирах стало уделять больше внимания социализации и месту вампира в современном обществе. Уставшие и печальные Адам и Ева из «Выживут только любовники», антиутопия «Воины света», где вампиры создали собственную цивилизацию на руинах человеческой, «Реальные упыри», с их ироничными зарисовками быта вампиров в Новой Зеландии. Примеров много.

Источник: https://SE7EN.ws/drakula-zarozhdenie-i-yevolyuciya-obraza/

Ссылка на основную публикацию