Книги про милосердие список лучших

Каждое новое произведение американского нобелевского лауреата и очень популярной (что отнюдь не всегда совпадает) романистки Тони Моррисон вызывает острый интерес у критиков и читающей публики. Роман «Милосердие» вошел в список 10 лучших книг года, составленный New York Times

Тони Моррисон (Toni Morrison родилась в 1931 году) – американская писательница, автор 9-ти романов, лауреат Пулитцеровской (1988) и Нобелевской (1993) премий.

Моррисон – афроамериканка и пишет, в основном, про жизнь черных американцев, но, к счастью, — не для того, чтобы сделать это своей социальной миссией, а просто потому, что знает эту жизнь лучше всякой другой.

Искренность и талант делают ее описания достоверными и незабываемыми – вроде картинок из жизни одной улицы южного городка в романе «Песнь Соломона». Улицу все называют «Докторская» — просто потому, что на ней живет черный врач – единственный на весь район.

И когда городские власти обращаются к жителям с требованием писать на конвертах правильное, официальное название улицы и не запутывать почтовую службу, жители послушно начинают писать на конвертах: «Недокторская улица».

Характеризуя особенность прозы Моррисон, рецензент ее последнего романа «Милосердие» писатель Дэвид Гэйтс (David Gates) пишет: «В двух своих лучших романах («Песнь Соломона» и «Возлюбленная») Моррисон описывает провинциальную Америку так зримо и чувственно, что вы ощущаете запах земли.

Даже в ее городском романе «Джаз» самые яркие образы – тех, кто остался позади, на юге, в глуши. И в этом смысле Моррисон продолжает линию, которую я бы назвал «американской пасторалью».

Эту линию начал Фенимор Купер – великий описатель дикой глухомани Адирондакских гор — и продолжили: Готторн (создавший мрачноватые пасторали Массачусетса), Хэмингуэй и Джон Чивер – увековечивший жизнь нью-йоркского пригорода Shady Hill в своих пасторалях с горчинкой…».

В отличие от прежних вещей Моррисон, действие романа «Милосердие» происходит в далеком прошлом — в Америке XVII века, на ферме Якова Ваарка, который решил вложить деньги, заработанные на удачной торговле ромом, в одно единственное творение – в строительство огромного дома, призванного стать райским уголком. Яков – не плохой человек. Он не жесток, он отказывается от применения новомодного рабского труда на своей ферме, и из двух женщин, управляющих его домом, одна – индианка, а другая — негритянка.

Но счастье в его недостроенном доме невозможно, потому что вся жизнь и деятельность хозяина (равно как и всех домочадцев) строится на владении и подчинении, а не на свободе и любви. Жену Яков выписал из Лондона, дав за нее выкуп ее обедневшей семье.

Индианка домоправительница – фактически рабыня, проданная ему племенем.

Вторая домоправительница — негритянка — подкладывает ему в постель свою молоденькую дочь – чтобы она не досталась зверю-работорговцу: «Когда-то они думали, что они – семья, потому что в партнерстве друг с другом каждый из них спасся от одиночества и беспомощности.

Они мужественно боролись за сохранность этого дома и этого сообщества. Но в какой-то момент каждый начинал понимать, что от чего бы он сюда ни сбежал, его будущее никак не сочетается с будущим остальных обитателей, что оно все так же непредсказуемо, как в начале их объединения… и что для создания СЕМЬИ одного мужества недостаточно».

В отличие от прежних романов Моррисон, в этом романе слишком заметен социальный подтекст – разумеется, гуманный и вполне соответствующий либеральным концепциям современной американской интеллигенции. Например, вся трагическая несовместимость белых с индейцами вменяется, конечно, в вину белым.

И автор даже во многом принимает точку зрения индейцев XVII века – как более естественную и поэтичную. Вождь индейцев (не понимавших принципа купли-продажи земли) ставит диагноз патологии белых пришельцев: «Их отрезало от земли, и теперь они настаивают на том, чтобы эту землю можно было купить и продать… И они ненасытны в этом – как все сироты.

Их судьба – жевать мир и сплевывать ужас, который уничтожит всех первых, изначальных людей».

Разумеется, никто в романе не вспоминает с такой же красноречивостью, что индейцы, невинно отвергавшие торгашеский подход к земле, абсолютно не отвергали ни изгнания с этой земли других индейских племен, ни даже их зверски-жестокого уничтожения. Другой обвиняемый в романе (устами персонажей, конечно) – мужчина: «он всегда готов к войне – за скот, за женщину, за воду, за урожай»…

Этот обвиняемый тоже соответствует веяниям времени. Тем не менее, прав рецензент Гэйтс, когда пишет: «Думаю, что феминисты, постколониалисты, защитники среды и даже марксисты могут попасться на приманку романа «Милосердие».

Но они должны быть очень осторожны, поскольку даже в этом романе видно, что ум автора слишком многосторонен для следования какой-то определенной политико-социальной концепции. Индианка — домоправительница героя – приходит в ужас от того, что строители монструозного дома срубают 50 деревьев, «не спросив разрешения у леса».

Но при этом сама она ловко топит новорожденного младенца слабоумной обитательницы дома — просто потому, что с той и так много хлопот. В романе нет злодеев, но все персонажи – люди, подпорченные с точки зрения современной морали. Защитники среды заметят, что в романе Моррисон природа сама по себе не имеет для героев никакой значимости.

Она оценивается ими только постольку, поскольку она может помочь или повредить в их делах – точно так же, как и люди, с которыми им приходится жить. В этой последней «пасторали» Моррисон только милосердие (или его отсутствие) делает американский пейзаж раем или адом. И врата ада открываются в обе стороны».

Для меня любимая черта Тони Моррисон – ее умение замечать и описывать индивидуальные отношения людей с неожиданными, яркими, реальными деталями.

В романе «Песнь Соломона» сцена объяснения образованной старой девы с мусорщиком около его автомобиля – одна, я думаю, из самых сильных любовных сцен в нынешней американской литературе.

Способность воспроизвести живое чувство не изменяет писательнице и в последнем романе – во всяком случае, в описании отношений черной девушки Флоренс, которую мать отдала Якову, и молодого кузнеца, к которому она, впервые в жизни, испытала неодолимую чувственную страсть.

В сцене их последней встречи молодой человек отказывается от Флоренс, потому что она – рабыня. Не Якова, а собственной страсти. «Ты один владеешь мной», — говорит она кузнецу. И он отвечает: «Да ты сама овладей собой, женщина. Ты – сплошная дикость. Ни стеснения. Ни разума. Ничего!»

И Флоренс овладевает собой в прямом и в переносном смысле, и на собственном опыте понимает, какое это горькое обладание. Для нее единственной компенсацией потерянной любви становится способность описать свою историю. И она царапает буквы гвоздём на стене недостроенного дома Якова, из которого исчезли все обитатели.

Tony Morrison. A Mercy

Тони Моррисон. «Милосердие»

Источник: https://www.svoboda.org/a/477192.html

Братья Вайнеры — Эра милосердия — библиотека "100 лучших книг"

  • Братья Вайнеры. Эра Милосердия 
  • © Copyright братья Вайнеры 
  • x x x 
  • В учреждения и на предприятия требуются: 
  • старшие бухгалтеры, инженеры и 
  • техники-строители, инженеры-механики, 
  • инженеры по автоделу, автослесари, 
  • шоферы, грузчики, экспедиторы, 
  • секретари-машинистки, плановики, 
  • десятники-строители, строительные рабочие 
Читайте также:  Книги про гейш список лучших

всех квалификаций… 

  1. Объявление 
  2. — А ты пока сиди, слушай, набирайся опыта, — сказал Глеб Жеглов и 
  3. сразу забыл обо мне; и, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, я 
  4. отодвинулся к стене, украшенной старым выгоревшим плакатом: 

«Наркомвнуделец! Экономя электричество, ты помогаешь фронту!» 

  • Фронта давно уже не было, но электричество приходилось экономить все 
  • равно — лампочка и сейчас горела вполнакала. Серый сентябрьский день 
  • незаметно перетекал в тусклый мокрый вечер, желтая груша стосвечовки дымным 
  • пятном отсвечивала в сизой изморози оконного стекла. В кабинете было 
  • холодно: из-под верхней овальной фрамуги, все еще заклеенной крест-накрест 
  • белыми полосками, поддувало пронзительным едким холодком. 
  • Я не обижался, что они разговаривают так, словно на моем венском стуле 
  • с нелепыми рахитичными ножками сидит манекен, а не Шарапов — их новый 
  • сотрудник и товарищ. Я понимал, что здесь не просто уголовный розыск, а 
  • самое пекло его — отдел борьбы с бандитизмом — и в этом милом учреждении 
  • некому, да и некогда заниматься со мной розыскным ликбезом. Но в душе 
  • оседала досадливая горечь и неловкость от самой ситуации, в которой мне 
  • была отведена роль школяра, пропустившего весь учебный год и теперь 
  • бестолково и непонятно хлопающего ушами, тогда как мои прилежные и 
  • трудолюбивые товарищи уже приступили к решению задач повышенной сложности. 
  • И от этого я бессознательно контролировал все их слова и предложения, 
  • пытаясь найти хоть малейшую неувязку в рассуждениях и опрометчивость в 
  • выводах. Но не мог: детали операции, которую они сейчас так увлеченно 
  • обсуждали, мне были неизвестны, спрашивать я не хотел, и только из 
  • отдельных фраз, реплик, вопросов и ответов вырисовывался смысл задачи под 
  • названием «внедрение в банду». 
  • Вор Сенька Тузик, которого Жеглов не то припугнул, не то уговорил — 
  • этого я не понял, — но, во всяком случае, этот вор пообещался вывести на 
  • банду «Черная кошка». Он согласился передать бандитам, что фартовый человек 
  • ищет настоящих воров в законе, чтобы вместе сварганить миллионное дело. Для 
  • внедрения в банду был специально вызван оперативник из Ярославля: чтобы ни 
  • один человек даже случайно не мог опознать его в Москве. А сегодня утром 
  • позвонил Тузик и сказал, что фартового человека будут ждать в девять вечера 
  • на Цветном бульваре, третья скамейка слева от входа со стороны Центрального 
  • рынка. 
  • Оперативник Векшин, который должен был сыграть фартового человека, мне 
  • не понравился. У него были прямые соломенные волосы, круглые птичьи глаза и 
  • голубая наколка на правой руке: «Вася». Он изо всех сил старался показать, 
  • что предстоящая встреча его нисколько не волнует, и бандитов он совсем не 
  • боится, и что у себя в Ярославле он и не такие дела проворачивал. Поэтому 
  • он все время шутил, старался вставить в разговор какие-то анекдотики, сам 
  • же первый им смеялся и, выбрав именно меня как новенького и безусловно еще 
  • менее опытного, чем он сам, спросил: 
  • — А ты по фене ботаешь? 
  • А я командовал штрафной ротой и повидал таких уркаганов, какие 
  • Векшину, наверное, и не снились, и потому свободно владел блатным жаргоном. 
  • Но сейчас говорить об этом было неуместно — вроде самохвальства, — и я 
  • промолчал, а Векшин коротко всхохотнул и сказал Жегдову: 
  • — Вы не сомневайтесь, товарищ капитан! — И мне послышался в его 

мальчишеском голосе звенящий истеричный накал. — Все сделаю в лучшем виде! 

  1. Оглянуться не успеют, как шашка прыгнет в дамки! 
  2. От долгой неподвижности затекла нога, я переменил позу, венский стул 
  3. подо мной пронзительно заскрипел, и все посмотрели на меня, но поскольку я 
  4. сидел по-прежнему каменно молча, то все снова повернулись к Векшину, и 
  5. Жеглов, рубя ладонью стол, сказал: 
  6. — Ты запомни, Векшин: никакой самодеятельности от тебя не требуется, 
  7. не вздумай лепить горбатого — изображать вора в законе. Твоя задача проста, 
  8. ты человек маленький, лопушок, шестерка на побегушках. Тебя, мол, отрядили 
  9. выяснить — есть ли с кем разговаривать? Коли они согласны брать сберкассу, 
  10. где работает своя баба-подводчица, то придет с ними разговаривать пахан. 

Ищете связи потому, что вас, мол, мало и в наличии только один ствол… 

  • — А если они спросят, почему сразу не пришел пахан? — Круглые сорочьи 
  • глаза Васи Векшина горели, и он все время потирал одна о другую красные 
  • детские ладони, вылезавшие вместе с тонкими запястьями далеко из рукавов 
  • мышиного кургузого пиджачка. 
  • — Скажешь, что пахан их не глупее, чтобы соваться как кур в ощип. 
  • Откуда вам знать, что с ними не придет уголовка? А сам ты, мол, розыска не 
  • боишься, поскольку на тебе ничего особого нету и про дело предстоящее при 

всем желании рассказать никому ничего не можешь — сам пока не в курсе… 

  1. Лицо у Жеглова было сердитое и грустное одновременно, и мне казалось, 
  2. что он тоже не уверен в парнишке. И неожиданно мне пришла мысль предложить 
  3. себя вместо Векшина. Конечно, я первый день в МУРе, но, наверное уж, все, 
  4. что этот мальчишка может сделать, я тоже сумею. В конце концов, даже если я 
  5. провалюсь с этим заданием и бандит, вышедший на связь, меня расшифрует, то 
  6. я смогу его, попросту говоря, скрутить и живьем доставить на Петровку, 38. 

Страница 1 из 135: [1]  2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   55   56   57   58   59   60   61   62   63   64   65   66   67   68   69   70   71   72   73   74   75   76   77   78   79   80   81   82   83   84   85   86   87   88   89   90   91   92   93   94   95   96   97   98   99   100   101   102   103   104   105   106   107   108   109   110   111   112   113   114   115   116   117   118   119   120   121   122   123   124   125   126   127   128   129   130   131   132   133   134   135   Вперед 

Источник: http://www.100bestbooks.info/txt/?act=23&page=68

Кредит на милосердие — Андрей Фролов

Светло-зеленый столб чистой энергии устремился в небо и прошел сквозь планету. Добрался до звезд, ударил в раскаленное сердце Земли.

И скорчился пронзенный мир.

Изнасилованная планета огрызнулась волной землетрясений, самое слабое из которых тянуло на восьмерку. Новосибирск, Дели, Куала-Лумпур, Сиэтл, Берлин, Денвер, Кито… Жертвами стали не только города – по всему миру к ним присоединились тридцать пять атомных электростанций.

  • Потревоженная вода ударила наотмашь: тридцатиметровые волны разбежались по Индийскому океану и Атлантике, а огромный Тихий породил пятидесятиметрового монстра. Цунами захлестнули Лос-Анджелес и Новый Орлеан, Нью-Йорк и Бостон, Калькутту, Сингапур, Шанхай…
  • Вулканы Исландии и Камчатки «отозвались» почти мгновенно, а через два часа после запуска Станции в ста милях от Солт-Лейк-Сити начал пыхтеть первый из «новых вулканов», заливая окрестности вырвавшейся из глубин лавой.
  • Пришли в движение плиты, вздрогнули разломы земной коры, ушли под воду острова, и возникли новые.
  • Географические карты устарели.
  • Мироустройство рухнуло, правительства большинства стран перестали существовать, а понятие «глобальная сеть» надолго стало анекдотом.
  • Все, что не взорвалось и не исчезло – остановилось.
  • Это был ад.
  • Это был «День Станции».
Читайте также:  Книги про бокс и боксеров список лучших

День величайшей в истории Земли катастрофы, которая открыла человечеству дорогу в восемь новых миров. Глобальная перезагрузка, запустившая программу «Цивилизация 2.0». Разрушившая прежний мир, но подарившая надежду.

Люди, привыкшие к удобствам технического прогресса, окунулись в первозданный Хаос, увидели гибель незыблемого, казалось бы, мира, но не отступили, потому что нет у настоящих людей такого правила – отступать.

Люди хотели выжить. Любой ценой.

CREDITUM I

Новеньких заметили с восточного поста и сразу просигналили в основной лагерь. К тому времени, как двое добрались до периметра, об их приближении знали все старшаки, да и среди детей слух разлетался со скоростью лесного пожара.

– Пошли, епта, посмотрим. – Напильник требовательно пнул по корпусу панцирной кровати, пружины загудели. – Свежее мясо прибыло…

– Угу.

Митяй спрятал под подушку потертую книжонку, неохотно сунул ноги в армейские ботинки, встал. Было почти два, самое время подремать после недавнего обеда… Да и вообще идти не хотелось, но так предписывали негласные правила, а лаяться лишний раз не хотелось сильнее.

Набросил на плечи выцветшую куртку, вышел в пробиваемый сквозняками коридор. Там к Напильнику уже присоединился плоскомордый Клёпа, как обычно улыбчивый без причины. Парни двинулись к лестнице, и Митяй без особенного удивления заметил автомат, висящий на плече директора.

Ствол, конечно, лишний – если бы лагерю угрожала опасность, сигнал был бы иным, заставив исполчиться всех, кто имел право пользоваться оружием.

Сейчас же это походило на обычную игру мускулами, как такое поведение называли в любимых Митяем книгах. Но Напильник встречал во всеоружии любого пришлого.

Да и в обычное время предпочитал не расставаться с настоящим спецназовским «Ураганом», одним из их лучших трофеев.

Спустились во двор, где уже собралась кучка малышни, сегодня освобожденная от вахт. Дети негромко обсуждали новость, шушукаясь с тревожным нетерпением. Заметив появление старших, примолкли. Сбились в стайку, пытаясь угадать настроение лидеров, на всякий случай чуть попятились от дверей барака.

– Они у ворот, – медовым голосом отчитался Беляш. – Их Косила встретил уже, вас только ждут.

Митяй поморщился, отвел взгляд. Он никогда не любил полного пухлощекого подростка, всеми силами пытавшегося заслужить расположение вожаков. А уж в последние месяцы тот и вовсе не скрывал намерений, готовый лебезить и выполнять любые приказы. Васька Косороев, закадычный Беляшин дружок, такую тактику поведения перехватил мигом, а потому его присутствие на воротах тоже не стало сюрпризом.

– Ну, епта, веди, посмотрим, – прищурившись, согласился Напильник.

Столпившаяся перед двухэтажным зданием кучка малолетних кропоткинцев расценила его слова как официальное разрешение наблюдать за встречей. Шумно устремилась вслед. Митяй, даже не стараясь нагнать процессию, пристроился в хвост, хмуро посматривая по сторонам.

Он видел, как из теплиц выглядывают занятые работой обитатели лагеря, видел любопытство и легкий страх, купающиеся в детских глазах. Им тоже не терпелось узнать, кто пожаловал в гости, но боязнь оставить рабочие посты была сильнее, а потому дети лишь украдкой высматривали, что же происходит на центральной площади.

Митяй поежился, застегивая куртку. Весна в этом году приходила неохотно, неспешно. Будто издевалась над людьми, дразня тусклым солнышком, но тут же полосуя холодным ветром и мокрым снегом.

Закончится ли она вообще, эта весна? Иллюзиями себя в Кропоткине никто не тешил, даже несмотря на юный возраст.

После Толчка погода вела себя непредсказуемо, и если июль они встретят в сугробах, значит, так тому и быть…

К тому времени как Митяй добрался до единственных ворот лагеря, Напильник и Клёпа уже рассматривали новичков. Директор хмуро и внимательно, его первый помощник – с идиотской щербатой ухмылкой, за которой обычно не крылось ничего хорошего. Остальные, в том числе тощий Косила, пристроились за старшаками, образовав полумесяц.

Слева надрывались цепные псы, посаженные по такому случаю накоротко. Зверей, таких же ничейных и одиноких, как сами дети, малышня уже три года собирала и выхаживала, превращая в преданных союзников и сторожей.

Новеньких оказалось двое, как, впрочем, и шептались в толпе. Мальчишка лет десяти-одиннадцати, худой и измотанный долгим пешим маршем. И девочка лет шести, намертво вцепившаяся в его рукав. Беляш, косящийся на директора в ожидании новых распоряжений, торопливо запирал калитку. Сверху, дымя папиросками, за встречей наблюдала воротная стража.

– Ну что, епта, – протянул Напильник, – кем будете?

– Здравствуйте, – спокойным, хоть и дрогнувшим голосом ответил ему незнакомый мальчишка. Он не отводил глаз от автомата на плече взрослого парня. – Меня зовут Алексей, а это Даша.

– Даша, – негромко прошепелявил Клёпа, и Митяй вздрогнул, стараясь лишний раз не смотреть на улыбчивого.

В лагере слишком хорошо знали отвратительную тягу беззубого, и приветливый блеск в глазах Клёпы мог обмануть только новенького. Ничего, это ненадолго. Если пришлые задержатся в Кропоткине, они быстро научатся понимать, что к чему…

– Чего пришли? – всё тем же хозяйским тоном спросил Напильник, щепкой вычищая грязь из-под ломаного ногтя.

Источник: https://loveread.info/books/nauchnaya-fantastika/29073-andrei-frolov-kredit-na-miloserdie.html

36 стихов из Библии о милосердии и сострадании

Такие добродетели, как милосердие, милость и сострадание упоминаются в Библии много раз. Чаще всего они упоминаются в связи с описанием Божеского естества.

Вместо того, чтобы воздать нам по нашим делам, Бог снова и снова являл Свою милость к нам, не для того, чтобы избавить нас от ответственности, но, чтобы дать нам возможность покаяться и спастись.

Мы можем спросить самих себя: Что же мы сделали с этой возможностью?

Как те, кто незаслуженно получил благодать Божью, мы не можем ничего другого, как и сами оказывать милость и сострадание окружающим нас людям. Мы просто обязаны быть такими же милостивыми, как и Бог! Библия даже говорит о сострадании и заботе о животных.

Сострадание заключается в том, чтобы делить боль и страдания других людей, в желании и стараниях помочь им. Иисус Сам является самым великим примером в этом.

Он принял на себя образ человека и пожертвовал Своей жизнью для того, чтобы проложить путь к вечному спасению для нас.

Не могли бы и мы открыть свои сердца для других, как для друзей, так и для незнакомых нам людей, и научиться любить нелицемерной любовью, которой Бог возлюбил нас? Взгляни на приведённые ниже места из Писания о благости и милосердии:

Читайте также:  10 книг от которых невозможно оторваться список лучших

Цитаты из Библии о милосердии и благодати Бога по отношению к нам

«Господь, Господь, Бог человеколюбивый и милосердый, долготерпеливый и многомилостивый и истинный, сохраняющий правду и являющий милость в тысячи родов, прощающий вину и преступление и грех.» Исход 34:6-7

«Итак знай, что Господь, Бог твой, есть Бог, Бог верный, Который хранит завет Свой и милость к любящим Его и сохраняющим заповеди Его до тысячи родов.» Второз. 7:9.

«Все пути Господни – милость и истина к хранящим завет Его и откровения Его.» Пс. 24:10.

«Но Ты, Господи, Боже щедрый и благосердный, долготерпеливый и многомилостивый и истинный.» Пс. 85:15.

«Правосудие и правота – основание престола Твоего; милость и истина предходят пред Лицем Твоим.» Пс. 88:15.

«Щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив. Благ Господь ко всем, и щедроты Его на всех делах Его.» Пс. 144:8-9.

«По милости Божьей мы не исчезли, ибо милосердие Его не истощилось. Оно обновляется каждое утро; велика верность Твоя!» Плач Иер. 3:22-23.

«Кто Бог, как Ты, прощающий беззаконие и не вменяющий преступления остатку наследия Твоего? Не вечно гневается Он, потому что любит миловать. Он опять умилосердится над нами, изгладит беззакония наши. Ты ввергнешь в пучину морскую все грехи наши.» Михея 7:18-19.

«Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.» Иоанна 3:16.

«Бог, богатый милостью, по Своей великой любви, которою возлюбил нас, и нас, мертвых по преступлениям, оживотворил со Христом, – благодатью вы спасены.» Ефес.2:4-5.
«Иисус, выйдя, увидел множество народа и сжалился над ними, потому что они были, как овцы, не имеющие пастыря; и начал учить их много.» Марка 6:34.

«Посему Он должен был во всём уподобиться братьям, чтобы быть милостивым и верным первосвященником перед Богом, для умилостивления за грехи народа. Ибо, как Сам Он претерпел, быв искушен, то может и искушаемым помочь.» Евр. 2:17-18.

«Итак, имея Первосвященника великого, прошедшего небеса, Иисуса Сына Божия, будем твердо держаться исповедания нашего.

Ибо мы имеем не такого первосвященника, который не может сострадать нам в немощах наших, но Который подобно нам, искушен во всем, кроме греха.

Посему да приступаем с дерзновением к престолу благодати, чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи.» Евр. 4,14-16.

О сострадании и милосердии, которые должны мы оказывать людям

«Итак, будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд.» Луки 6:36.

«Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, Отец милосердия и Бог всякого утешения, утешающий нас во всякой скорби нашей, чтобы и мы могли утешать находящихся во всякой скорби тем утешением, которым Бог утешает нас самих!» 2 Кор. 1:3-4.

«К страждущему должно быть сожаление от друга его, если только он не оставил страха к Вседержителю.» Иова 6:14.

«Во тьме восходит свет правым; благ он милосерд и праведен.» Пс. 112:4.

«Человек милосердый благотворит душе своей, а жестокосердый разрушает плоть свою.» Притчи 11:17.

«Праведный печется и о жизни скота своего, сердце же нечестивых жестоко.» Притчи 12:10.

«Кто теснит бедного, тот хулит Творца его; чтущий же Его благотворит нуждающемуся.» Притчи 14:31.

«О, человек! сказано тебе, что – добро и чего требует от тебя Господь: действовать справедливо, любить дела милосердия и смиренномудренно ходить перед Богом твоим.» Михея 6:8.

«Так говорил тогда Господь Саваоф: производите суд справедливый и оказывайте милость и сострадание каждый брату своему; вдовы и сироты, пришельца и бедного не притесняйте и зла друг против друга не мыслите в сердце вашем.» Захарии 7:9-10.

«Блаженны милостивые, ибо они помилованы будут.» Матф. 5:7.

«Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы, и какою мерою мерите, такою и вам будут мерить.» Матф. 7:1-2.

«Итак во всём, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки.» Матф. 7:12.

Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что даёте десятину с мяты, аниса и тмина, и оставили важнейшее в законе: суд, милость и веру; сие надлежало делать, и того не оставлять.» Матф. 23:23.

«Ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне.

Тогда праведники скажут Ему в ответ: Господи! Когда мы видели Тебя алчущим, и накормили? Или жаждущим, и напоили? Когда мы видели Тебя странником, и приняли? Или нагим, и одели? Когда мы видели Тебя больным, или в темнице, и пришли к Тебе? И Царь скажет им в ответ: Истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне… Так как вы не сделали этого одному из сих меньших, то не сделали Мне.» Матф. 25:35-40,45.

«Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов.» Гал. 6:2.

«Не обманывайтесь: Бог поругаем не бывает. Что посеет человек, то и пожнёт: сеющий в плоть свою от плоти пожнёт тление, а сеющий в дух от духа пожнёт жизнь вечную. Делая добро, да не унываем, ибо в своё время пожнём, если не ослабеем. Итак, доколе ес��ь время, будем делать добро всем, а наипаче своим по вере.» Гал. 6:7-10.

«Всякое раздражение и ярость, и гнев, и крик, и злоречие со всякою злобою да будут удалены от вас, но будьте друг ко другу добры, сострадательны, прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас.» Ефес. 4:31-32.

«Итак облекитесь, как избранные Божии, святые и возлюбленные в милосердие, благость, благость, смиренномудрие, кротость, долготерпение, снисходя друг к другу и прощая взаимно, если кто на кого имеет жалобу, как Христос простил вас, так и вы. Более же всего облекитесь в любовь, которая есть совокупность совершенства.» Колос. 3:12-14.

«Умоляем также вас, братия, вразумляйте бесчинных, утешайте малодушных, поддерживайте слабых, будьте долготерпеливы ко всем. Сморите, чтобы кто кому не воздавал злом за зло; но всегда ищите добра и друг другу и всем.» 1 Фесс. 5:14-15.

«Ибо суд без милости не оказавшему милость; милость превозносится над судом.» Иакова 2:13.

«Но мудрость, сходящая свыше, во-первых, чиста, потом мирна, скромна, послушлива, полна милосердия и добрых плодов, беспристрастна и нелицемерна.» Иакова 3:17.

«Наконец будьте все единомысленны, сострадательны, братолюбивы, милосерды, дружелюбны, смиренномудры, не воздавайте злом за зло или ругательством за ругательство; напротив, благословляйте,  зная, что вы к тому призваны, чтобы наследовать благословение.» 1 Петра 3:8-9.

Источник: https://aktivnoyekhristianstvo.ru/36-stihov-iz-biblii-o-miloserdii-i-sostr

Ссылка на основную публикацию